Соблюдение сроков как элемент добросовестности

Процессуальная дисциплина является необходимым условием реализации права на судебную защиту

Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 24 февраля 2026 г. № 301-ЭС21-29781 (9) по делу № А38-4254/2019, в котором разрешил один из ключевых вопросов применения процессуальных норм о сроках при пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам в деле о банкротстве.

Как следует из определения, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью обратился с заявлением о пересмотре определения о включении требований банка в реестр кредиторов (сумма порядка 2 млрд руб.). Основание – вывод денежных средств, полученных от банка, в пользу компании, которую управляющий счел аффилированной с кредитором. При этом управляющий указал, что узнал о данных обстоятельствах 1 декабря 2023 г. (дата вступления в силу судебного акта по иному делу). Заявление подано 22 мая 2024 г. – т.е. с пропуском трехмесячного срока, установленного ч. 1 ст. 312 АПК РФ. Управляющий ходатайствовал о восстановлении пропущенного срока, ссылаясь на то, что ожидал результатов проверки «базового» судебного акта судом округа.

Суд первой инстанции отказал в восстановлении срока, сочтя причины пропуска неуважительными. Апелляция и кассация, напротив, посчитали возможным восстановление срока и отменили определение о включении требования банка в реестр. Банк обжаловал эти судебные акты в Верховный Суд РФ.

Рассмотрев кассационную жалобу, Верховный Суд РФ отменил постановления судов апелляции и округа, оставив в силе определение первой инстанции. Ключевые выводы Верховного Суда РФ сводятся к следующему.

Во-первых, момент исчисления срока определяет заявитель.

Согласно п. 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июня 2011 г. № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» днем открытия обстоятельств считается день, когда лицо узнало или должно было узнать о них. 

Поскольку в рассматриваемом случае управляющий самостоятельно указал дату – 1 декабря 2023 г., суды не вправе исчислять срок с иной даты. Попытка апелляции и округа «отодвинуть» срок на февраль 2024 г. противоречит процессуальному закону.

Во-вторых, ожидание результатов обжалования не является уважительной причиной восстановления пропущенного срока.

Проверка судебного акта вышестоящей инстанцией не препятствует подаче заявления о пересмотре. Риски отмены акта в будущем несет заявитель. Если бы судебный акт впоследствии был отменен, управляющий мог бы обратиться с новым заявлением. Но сознательное ожидание и пропуск срока не могут расцениваться как объективное и непреодолимое препятствие.

В-третьих, процессуальные последствия.

При пропуске срока исковой давности и отказе в его восстановлении производство по заявлению подлежит прекращению применительно к п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК. Однако поскольку суд первой инстанции по существу принял верное решение, Верховный Суд РФ счел возможным оставить его в силе, не направляя дело на новое рассмотрение.

Комментируемое определение задает жесткие ориентиры для всех участников банкротных процессов и судов:

Таким образом, Верховный Суд в очередной раз подтвердил, что процессуальная дисциплина и соблюдение сроков являются необходимыми условиями реализации права на судебную защиту. В делах о банкротстве, в которых реестр требований кредиторов должника формируется годами и на его основе кредиторы планируют свои действия, стабильность и предсказуемость важнее попыток пересмотреть все «задним числом» под нередко надуманными предлогами. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Соблюдение сроков – не формальность, а элемент добросовестного поведения. Лицо, инициирующее пересмотр дела, должно осознавать, что право на справедливость не освобождает от обязанности соблюдать процессуальные сроки.