Подождите, идет загрузка...

Пресс-центр

19.09.2022г.

Суд признал незаконным увеличение заработной платы работнику после банкротства работодателя

Апелляция подчеркнула, что с учетом пониженного стандарта доказывания сомнения в добросовестности работника должны истолковываться в пользу истца (конкурсного управляющего должника).

В 2017 году суд принял к производству заявление о банкротстве ООО «Фирма «Мортадель». Это не помешало руководству компании через год увеличить в 3 раза должной оклад начальнику отдела управления персоналом Ирине Ещенко. После признания ООО «Фирма «Мортадель» банкротом конкурсный управляющий потребовал признать дополнительные соглашения к трудовому договору и приказы об увеличении оклада недействительными сделками. Суд первой инстанции поддержал работника, однако апелляционный суд  согласился с позицией арбитражного управляющего. Эксперт отметила, что акты судов по этому спору отражают актуальную проблему: чрезмерное расширение круга правоотношений, к которым без необходимых исключений и особенностей применяются специальные банкротные составы для оспаривания сделок (дело  А41-40093/17).

Предыстория

В мае 2017 года суд принял к производству заявление о признании ООО «Фирма «Мортадель» банкротом. А спустя три года, в мае 2020 года суд признал ООО «Фирма «Мортадель» банкротом, открыто конкурсное производство. 

При этом в 2018 году, то есть уже после того, как было возбуждено дело о банкротстве, с начальником отдела управления персоналом ООО «Фирма «Мортадель» Ириной Ещенко были заключены два дополнительных соглашения к трудовому договору. По первому допсоглашению ей был увеличен оклад с 40 тыс. до 115 тыс. рублей ежемесячно. А по второму — установлен разъездной характер работы, а также ежемесячная надбавка за разъездной характер работы в размере 22,9 тыс. рублей.

Конкурсный управляющий ООО «Фирма «Мортадель» оспорил в суде оба допсоглашения, а также приказы о повышении должностного оклада, и потребовал применить последствия недействительности сделок в виде признания задолженности банкрота по выплате зарплаты Ирине Ещенко отсутствующей.  

Арбитражный суд Московской области заявление КУ отклонил. А Десятый арбитражный апелляционный суд  частично удовлетворил, признав допсоглашения к трудовому договору и приказы о повышении должного оклада недействительными сделками. 

Определение суда первой инстанции

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что спорные соглашения привели к нарушению прав и законных интересов кредиторов, а также повлекли причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Постановление апелляционного суда

Апелляционный суд указал, что спорные допсоглашения к трудовому договору попадают в период, предусмотренный п.2 ст.61.2 закона о банкротстве. При этом размер оклада Ирины Ещенко был увеличен более чем в несколько раз.

Из системного толкования ст. 16, 129, 132 и 135 Трудового кодекса следует, что зарплата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции.

Однако доказательства возложения на Ирину Ещенко дополнительных обязанностей, отличных от тех, которые она выполняла в силу условий трудового договора, равно как и привлечение к сверхурочной работе, в материалы дела не представлены.

Следовательно: увеличивая оклад в условиях растущей неплатежеспособности и недостаточности имущества, ООО «Фирма «Мортадель», тем самым наносило ущерб интересам кредиторов, начисляя премии, по сути, за счет средств, которые должны были бы быть направлены на выплату кредиторам.

В то же время, выплата повышенной зарплаты должна быть обусловлена какими-либо объективными обстоятельствами, связанными с увеличением объема полномочий или объема работы Ещенко для выплаты повышенной премии, однако, доказательства наличия таких обстоятельств в материалах дела отсутствуют.

Стандарт доказывания: 10 ААС пояснил, что системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и 3 статьи 61.3 закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной.

Учитывая, что оспариваемые сделки заключены после возбуждения дела о банкротстве, квалификация поведения работника на предмет недобросовестности (осведомленности о цели причинения вреда, неплатежеспособности «Фирма «Мортадель») должна была осуществляться исходя из такого пониженного стандарта доказывания в отличие от аналогичных сделок, заключенных, например, за два года до названной даты.

Вывод: в данном случае приведенные сомнения в добросовестности работника должны истолковываться в пользу истца и перелагать бремя процессуальной активности на другую сторону, которая становится обязанной раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличие у сделки по повышению размера фонда месячной зарплаты в несколько раз разумных экономических оснований.

Однако таких мотивов и оснований в рамках настоящего обособленного спора не приведено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Ссылка на практику ВС: 10 ААС подчеркнул, что данный правовой подход сформулирован в определении Верховного Суда РФ от 23.08.2018 N 301-ЭС17-7613(3).

Итог: 10 ААС  признал допсоглашения ООО «Фирма «Мортадель» с Ириной Ещенко, приказы об увеличении ее должностного оклада и установления ежемесячной надбавки за разъездной характер работы недействительными сделками.

Что думают эксперты

Управляющий партнер московского офиса Коллегии адвокатов «Регионсервис» Евгения Червец отметила, что акты судов первой и апелляционной инстанций по этому спору отражают актуальную проблему: чрезмерное расширение круга правоотношений, к которым без необходимых исключений и особенностей применяются специальные банкротные составы для оспаривания. 

«Отношения работника и работодателя имеют свою специфику: они существуют не между равными субъектами, а между презюмируемо сильной и слабой сторонами. В Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2020 по делу № А40-137960/2017 сформулирована важная идею о том, что работник вправе руководствоваться своими эгоистичными интересами при определении размера заработной платы. Он не должен заботиться об интересах работодателя, если последний готов предоставить работнику ту оплату труда, о которой они договорились. Исключение может быть только в случае сговора работника с компанией-должником. Именно по этому основанию конкурсный управляющий ООО «Фирма «Мортадель» оспаривает соглашения об изменении трудового договора, приказы о повышении должностного оклада и об установлении надбавки Ирине Ещенко.» — Евгения Червец, управляющий партнер московского офиса Коллегии адвокатов «Регионсервис».

По словам юриста, в соответствии с действующим законодательством истец (конкурсный управляющий должника) должен доказать следующее: 

  • в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

  • другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

«Самым сложным в доказывании данного состава является установление цели обеих сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Аргументация апелляционного суда в названной части может расцениваться как спорная», — отметила Евгения Червец. 

Проблема, по мнению Евгении Червец, обостряется тем, что в п. 3 ст. 61.6 закона о банкротстве закреплена вещная модель реституции. «Это значит, что работник, чьи трудовые выплаты или их основания признаны недействительными, обязан вернуть в конкурсную массу не несправедливую разницу, на которую был увеличен его доход, а все полученное за соответствующий период. Таким образом, исходя из закрепленного правила Ирина Ещенко должна будет вернуть в конкурсную массу весь доход, полученный с 2018 года по оспоренным актам. Однако вещная модель реституции критикуется не только в литературе, но и, к примеру, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 3 февраля 2022 г. N 5-П в связи с жалобой гражданина С.В. Кузьмина. В деле рассмотрен конкретный казус, однако сформулирована идея о том, что при возврате в массу полученного от должника, такому лицу (ответчику по обособленному спору о сделке) должно быть гарантировано возвращение того, что им было уплачено в качестве встречного предоставления. Для споров по трудовым выплатам (договорам) сказанное означает возврат в массу именно несправедливой разницы, установленной судом, а не всего полученного», — рассказала Евгения Червец. 

По словам управляющего партнера адвокатского бюро «РИ-консалтинг» Елены Гладышевой, поднимая вопрос о рассмотрении обоснованности позиции суда в части частичного удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО «Фирма Мортадель», нужно исходить из того, что любое соглашение, в том числе и трудовой договор, в рамках оспаривания сделок первоначально рассматривается именно как сделка, а следовательно, рассматривается по основаниям ст. 61.2 закона о банкротстве и может быть направлена на вывод средств / причинение ущерба.

«Следовательно, рассматривая вопрос о признании недействительными сделок должника (заключения дополнительных соглашений к трудовому договору с повышением зарплаты более чем в 2 раза + установление дополнительных надбавок), сторона должна доказать необходимость дополнительных обязанностей сотрудника, отличных от привычных ему трудовых обязанностей, которые им исполнялись до введения в отношении предприятия процедуры несостоятельности, а также объективные обстоятельства, которые связывали бы увеличение размера заработной платы, полномочий, объема работы и повышенной премии. При этом также следует учитывать тот факт, что увеличение зарплаты сотруднику в условиях, когда платежеспособность ООО «Фирма Мортадель» стремительно увеличивалась и не позволяла предприятию рассчитываться по обязательствам, может быть также расценено как умышленное причинение ущерба правам кредиторов (при этом допсоглашения были заключены после введения процедуры банкротства в отношении должника).» — Елена Гладышева, адвокат, управляющий партнер адвокатское бюро «РИ-консалтинг».

По мнению Елены Гладышевой, постановление 10 ААС обосновано. «Руководство ООО «Фирма Мортадель» не представило достаточных доказательств необходимости увеличения зарплаты сотруднику. Не было представлено доказательств реальности разъездной работы сотрудника, новых должностных обязанностей и трудовых функций. Ответчик не представила доказательства объективных обстоятельств совершения таких действий. Поэтому суд вполне обоснованно удовлетворил заявление конкурсного управляющего, поскольку действиями ООО «Фирма Мортадель» была инициирована ситуация, когда путем увеличения зарплаты сотруднику в период банкротства необоснованно был увеличен должностной оклад, что повлечет не только ущемление прав иных кредиторов, которые включены в реестр требований кредиторов, но и позволит сотруднику получать необоснованное обогащение, существенно сокращая конкурсную массу, что может быть также расценено как вывод денежных средств», — подытожила Елена Гладышева.

Источник: PROбанкротство

Следующая запись Защита природы от окружающей среды Читать запись
Использование Cookies
Мы используем cookies, чтобы обеспечить максимальное удобство посетителей и лучшую работу сайта. Сookies — это небольшие файлы, состоящие из букв и цифр. Они сохраняются на вашем компьютере или другом устройстве для сбора информации о пользовании сайтом (в том числе представленными на нем сторонними сервисами). Нажимая «Принять», вы соглашаетесь с использованием cookies, если позже не решите их отключить. Пожалуйста, обратите внимание: при удалении или отключении наших cookies вы можете столкнуться с перебоями или ограничениями работы некоторых функций.
Принимаю Узнать о cookies больше Как удалить cookies